Финляндия закрыла доступ к архивам из России почти на 8 тысяч лет
Национальный архив Финляндии ограничил доступ к историческим материалам, полученным из российских архивов, до конца 9999 года. Об этом сообщает финская телерадиокомпания Yle.
«По закону Национальный архив обязан содействовать научным исследованиям. Однако сейчас доступ к материалам из России <...> ограничен строже, чем это было прописано в соглашениях», — отмечается в сообщении.
Сотрудничество между Финляндией и российскими архивами было фактически заморожено после начала СВО в феврале 2022 года. Именно с осени того же года, согласно данным Yle, действует нынешний режим ограничения доступа к полученным из России документам, связанным с историей Финляндии в период с 1500 по 1990 год. При этом сами документы продолжают храниться в Национальном архиве. Проблема касается прежде всего порядка их использования и возможности удаленного доступа.
Под ограничения попали, среди прочего, рисунки начала XX века с видами крепости Свеаборг (Суоменлинна). Сейчас ознакомиться с рядом таких материалов можно только в читальных залах архива.
Финские исследователи выражают обеспокоенность тем, что новые правила могут существенно осложнить исторические исследования. При этом, как отмечает Yle, ряд ученых из Хельсинки, Турку и Тампере отказались публично критиковать архивную политику, опасаясь дальнейшего ухудшения условий для научной работы.
Бывший генеральный директор Национального архива Финляндии Юсси Нуортева, руководивший учреждением почти 20 лет, считает ограничения серьезной проблемой для исследователей.
«Национальный архив не может самостоятельно принимать решения, которые нарушают свободу доступа к информации и свободу научных исследований. Архивы должны быть максимально открыты для всех. Это основа демократии», — заявил Нуортева.
По его словам, сотрудничество с российскими архивами до весны 2022 года проходило без серьезных проблем. Он также отметил, что до его ухода с поста летом 2022 года давление со стороны России на Национальный архив не оказывалось.
Сотрудничество Национального архива Финляндии с российскими архивами началось в 2005 году. Его целью было предоставить финским историкам доступ к документам, имеющим значение для изучения истории страны. За 15 лет в Финляндию поступило около одного миллиона страниц документов, охватывающих период с 1500 по 1990 год. На закупку и копирование материалов из российского бюджета Финляндии, по словам участников проекта, было направлено более 1 млн евро.
«Только о Свеаборге мы получили около десяти тысяч страниц новых материалов для исследований. Ранее в архивах Финляндии почти не было сведений о периоде российской власти в истории крепости», — рассказал Юсси Нуортева.
Профессор истории Дмитрий Фролов, участвовавший в проекте по приобретению российских материалов, также раскритиковал нынешний порядок доступа. По его словам, российская сторона ранее выступала против свободного размещения части документов в интернете, однако в ходе переговоров финской стороне удалось добиться возможности удаленного доступа к материалам.
«В России с документов уже сняты грифы секретности и ограничения, связанные с персональными данными. Тем не менее Национальный архив ограничивает доступ к ним. Почему он сейчас делает то, чего раньше требовала Россия?» — недоумевает Фролов.
Профессор предположил, что Национальный архив мог прибегнуть к самоцензуре.
В то же время генеральный директор Национального архива Финляндии Пяйви Хаппонен отвергает обвинения в самоцензуре. По ее словам, нынешние ограничения основаны на соглашениях, которые ранее были заключены с российскими архивами. После февраля 2022 года контактов с российской стороной у финского архива не было.
«О самоцензуре можно было бы говорить, если бы Национальный архив по собственной инициативе ограничивал доступ к приобретенным материалам, например из-за опасений реакции России. Но это не тот случай», — отметила Хаппонен.
Она пояснила, что соглашения предусматривают два варианта доступа: работу с материалами в читальных залах либо использование защищенного удаленного соединения.
«Поскольку такой среды доступа пока нет, использование ограничено читальными залами», — сказала глава архива.
По ее словам, Национальный архив сейчас создает защищенную цифровую среду, которая в перспективе должна позволить исследователям работать с материалами удаленно.
Вместе с тем документы, полученные Yle по официальному запросу, указывают на то, что соглашения предусматривали возможность свободного доступа к материалам через интернет. Бывший глава архива Нуортева назвал возможность открытого онлайн-доступа одним из главных результатов переговоров с российской стороной.
Исследователи утверждают, что в последние годы доступ к ряду документов ограничивается под предлогом защиты персональных данных или информационной безопасности. Некоторые ученые считают, что в отдельных случаях применяется принцип «на всякий случай».
Сама Пяйви Хаппонен признала, что принцип предосторожности «возможно, применяли слишком широко».
«Вопросы, которые могут всплыть в связи с этим материалом, мы изучим и оценим, как разумнее действовать в дальнейшем», — сказала она.
Еще одним спорным примером стало удаление из интернета базы данных о тысячах советских гражданских пленных, которых финские власти содержали в пересыльных лагерях в Восточной Карелии в 1941–1944 годах.
По словам Юсси Нуортева, база была важна как для историков, так и для специалистов по генеалогии. В начале 2023 года она еще находилась в открытом доступе, однако позднее исчезла.
«Удаление базы данных, основанной на материалах финских властей, было совершенно непостижимым. Национальный архив ответил мне лишь, что сами материалы сохранены», — рассказал Нуортева.
В Национальном архиве объяснили удаление базы требованиями информационной безопасности. По словам Пяйви Хаппонен, существовавшая версия базы не соответствовала необходимым требованиям безопасности.
Финские историки допускают, что дальнейшее ужесточение архивной политики может ударить по изучению не только российско-финляндских отношений, но и целых периодов истории Финляндии.

