Критическое лето. Почему ближайшие месяцы станут переломными
Утром 3 июня был нанесён удар по Санкт-Петербургу. Удар болезненный, неприятный, но в практическом смысле малозначимый. Он имеет куда больший чисто пропагандистский эффект. Куда более неприятно выглядит удар по междугороднему автобусу в Енакиево. Не из-за гибели людей, хотя, это, несомненно, жуткая трагедия. Дело в другом: это происшествие максимально показательно для того, что прямо сейчас происходит на коммуникациях Юга России.
А произошло следующее: в окрестностях Енакиево, города, который всегда был глубоким тылом, вражеский дрон не просто атаковал движущуюся цель на дороге, а сидел в засаде и ждал. И вот такое происходит прямо сейчас во всём приграничье, не только на трассе Новороссия. Хотя там, конечно, в первую очередь.
Происходит и приносит результаты. Вот новости, взятые из ленты в Телеграме примерно за 12 часов:
«В Севастополе временно полностью остановили продажу бензина. В ночь на 3 июня и до первой половины дня топливо будут выдавать только оперативным службам города».
«В Петербурге начали ограничивать продажу бензина — до 50 литров на чек. Некоторые заправки жалуются на перебои с поставками АИ-95, нефтяники признают проблему, но объясняют её сбоем логистики» (эта новость была ещё до ударов по городу).
«Правительство ЛНР приняло решение о введении ограничений на АЗС республики — не более 20 литров в руки в связи с увеличением спроса на топливо».
«В Белгородской и Курской областях на АЗС „Роснефти‟ временно прекратили продавать бензин в канистры. Жители жалуются, что невозможно купить топливо для триммера и бензопилы».
Ну и стало известно, что ограничения по топливу начали вводиться в Москве.
И всё это говорит об одном: тактика врага приносит результаты. Из чего делается элементарный вывод: враг готовится к попытке реванша на фронте. И это самая серьёзная угроза нашей армии с 2022 года.
Более того, есть основания полагать, что это лето будет критическим, возможно, для всей войны в целом. Потому что и у нас, и у врага на кампанию этого лета-осени максимальные ставки.
Дело в следующем. На данный момент враг смог нащупать нашу глобальную уязвимость: дроны и военные технологии ИИ. Причём по дронам мы не просто отстаём (качественно и количественно), но и не справляемся с противодроновой обороной, с тем, про что властям даже не говорили, а кричали с 2023 года. По факту мобильные ПВО в национальном масштабе начали создаваться только сейчас, и уйдёт на их полноценное создание несколько месяцев. Точно так же, несколько месяцев (от 2 до 6) может уйти на снятие критического отставания по дронам. И враг это знает. А значит, именно в ближайшие полгода попытается нанести нам критический удар.
Более того, определённые действия он уже начал. Прямо сейчас, с помощью своих техсредств, он нарушает логистику на всех освобождённых территориях и во всём приграничье в целом. Но то, что пока — это лишь разминка. Прощупывание нашей обороны и тестирование её на способность борьбы с угрозой прямо сейчас. А дальше будет хуже. И это будет нарастать от недели к неделе. В лучшем случае.
Промежуточная задача врага: тотальная блокада не только Крыма, но и всех новых территорий, включая Донбасс. Чтобы там не было не только топлива, но и еды. Везде, включая части на фронте.
Опять же, через некоторое время проблема будет решена. Какой ценой — вопрос отдельный, но решена будет. Насколько мы ко всему этому готовы прямо сейчас — вот вопрос.
Потому, что враг разыгрывать и реализовывать своё преимущество будет именно сейчас. Как минимум попытается. Именно под это дело он так неистово усилил «бусификацию». Ему нужна пехота на земле. А цели у него всё те же — прорыв фронта и выход к Крыму. Как вариант: повторение Курской истории в одном из прифронтовых регионов: Белгород, Брянск или тот же Курск. А в целом они попытаются устроить нам военную катастрофу осени 2022 года на максимальных значениях.
Сухопутную дорогу на новых территориях прозвали «дорогой жизни» не зря. Именно поэтому они её и перерезают. Или пытаются перерезать.
Но вопрос в том, что и враг поставил на эту фишку всё. Для него это — ва-банк. Так что если мы выстоим эти 3—6 месяцев, то велика вероятность, что уже мы начнём идти в последний и решительный бой. В хорошем для нас смысле слова. Но об этом говорить рано. Надо выстоять сначала. Выстоять, а уже потом победить.
Конечно, если на то будет политическая воля. Но это уже совсем другая история.
