Санкционные парадоксы: Россия в тройке поставщиков нефти в США

Пока в Белом доме не оставляют попыток отучить Европу от российского газа, США, переживающие очередной виток ухудшения отношений с Москвой, — неожиданно превратились в крупного импортёра российской нефти. Санкции, введённые Вашингтоном в отношении России, сделали проблематичной для отечественных компаний закупку американских микросхем, но не смогли оградить американскую энергетику от российских нефтяников.

Согласно последним данным Управления энергетической информации США (EIA), по итогам 2020 года поставки российской нефти на американский рынок выросли на 3,5% и достигли солидных 538 тысяч баррелей в сутки, что составляет около 7% от суммарного импорта страны. Это позволило России занять третье место после Канады и Мексики, обойдя при этом Саудовскую Аравию. Таким образом, показатели импорта российских углеводородов подобрались к рекордным уровням десятилетней давности. В частности, в 2011 году суточный объём поставок достигал 624 тысяч баррелей. Тогда отношения Вашингтона и Москвы переживали фазу заметного потепления. Но и после 2014 года канал поставок не иссяк, уменьшившись до 329,7 баррелей, что, впрочем, было скорее следствием разразившегося нефтяного кризиса. И уже в последующие годы объём импорта российской нефти стабильно возрастал. А помимо нефти, американцы всё активнее скупают ещё и мазут.

Чем объясняется растущая любовь нефтетрейдеров к сырью из России вопреки геополитике? Одна из причин — это американские санкции против Венесуэлы. Запрет на сделки с венесуэльской нефтью стал главным инструментом давления на правительство Николаса Мадуро. Однако в результате этих санкций оказались обескровлены нефтеперерабатывающие заводы в США, которые способны перерабатывать тяжёлые сорта нефти. Ещё одна причина кроется в масштабном развороте углеводородного экспорта Саудовской Аравии с американского рынка в сторону Китая. Ещё в 2019 году саудиты удвоили объём поставок в КНР: с 921 тыс. баррелей в сутки до 1,8 млн. баррелей. Для королевства «бездонный» китайский рынок становится всё привлекательнее. Тем более, что в Эр-Рияде в последнее время пытаются снизить зависимость от Вашингтона.

Авантюра с Венесуэлой и китайский демарш саудитов образовали солидную брешь в обеспеченности Америки углеводородами. Причём закрыть её, скажем, увеличением добычи многострадальной сланцевой нефти — не получится. Тут злую шутку сыграла высокоразвитая американская нефтепереработка, способная вытягивать лёгкие фракции из менее качественной тяжёлой нефти и даже мазута. Гигантские инвестиции в развитие технологий глубокой переработки могут быть оправданы лишь использованием менее качественного, а значит наиболее дешёвого сырья, за которым НПЗ в последнее время ведут настоящую охоту. Поэтому техасский сланец, содержащий дорогую лёгкую нефть, становится менее востребованным. И чтобы закрыть растущую нехватку, трейдерам не оставалось ничего иного, кроме увеличения закупок тяжёлых сортов нефти в России.

По этой причине за прошедшие семь лет санкционного противостояния с Москвой в Белом доме даже не рассматривали вариант эмбарго на импорт российских углеводородов. В этом случае американским властям либо придётся переигрывать отношения с Каракасом, тем самым признавая поражение затянувшейся эпопеи с Хуаном Гуайдо, либо — идти на поклон к саудитам, упрашивая их в обмен на различные преференции развернуть часть поставок обратно на американский рынок. В обоих случаях США несут репутационные издержки, демонстрируя неспособность мирового гегемона добиваться своего в не самых влиятельных странах мира. Поэтому меньшим злом была избрана зависимость от нефти из России. Она не становится проблемой даже в то время, как российский посол в США отправился в Москву для консультаций на фоне небывалого разлада двусторонних отношений. И такая исключительность уральской нефти рождает серьёзное противоречие с энергетической политикой Европы, от которой США требуют свернуть реализацию «Северного потока-2» и продолжают атаку на европейские компании, принимающие участие в строительстве трубопровода.

В свою очередь, санкции не просто обходят российскую нефть стороной, но даже в вопиющих с точки зрения Госдепа случаях нефтяным компаниям из РФ всё сходит с рук. Например, как это было в эпизоде с проектами Роснефти в Венесуэле. В прошлом году Минфин США обвинил её дочернюю структуру Rosneft Trading в том, что несмотря на санкции против венесуэльской нефтяной компании PDVSA, Россия продолжает работать в нефтегазовом секторе страны. В частности, американцы обвинили «дочку» Роснефти в поставке 2 млн. баррелей нефти из Венесуэлы в страны Западной Африки. Разбирательство завершилось введением санкций против Rosneft Trading, минуя какие-либо меры в отношении самой Роснефти. Но и это ещё не всё. Можно вспомнить, как в прошлом году Exxon Mobil Corp. в суде в Далласе добилась отмены штрафа Минфина США в размере 2 млн. долларов за невыполнение режима санкций против России. В мае 2014 года, после введения санкции из-за присоединения Крыма, американская компания заключала с Роснефтью контракты и подписывала соглашения, за что и была наказа.

Любопытно, что именно Exxon сегодня является крупнейшим импортёром российской нефти, покупая в год около 50 млн баррелей, что составляет 50% всех поставок нефти из РФ в США.

В Брюсселе американские двойные стандарты в энергетике уже давно вызывают раздражение, которое будет лишь подпитывать желание завершить тот же «Северный поток-2». Очевидно, что эта тема будет только раскручиваться, особенно в Германии, являющейся ключевым бенефициаром проекта. Но может ли президент США Джо Байден, представляющий интересы американских «зелёных», а заодно и в знак солидарности с ЕС — прикрыть русскую нефтяную лавочку?

Пока что почва для этого становится всё менее устойчивой. К фактору Венесуэлы и Саудовской Аравии с подачи Байдена добавился ещё один фактор. В январе 2021 года американский президент в очередной раз заморозил проект нефтепровода Keystone XL, который должен был соединить нефтеносные пески Канады с американскими нефтезаводами. Только этот проект мог бы закрыть потребности США в тяжёлой нефти, которой полно в канадской земле. Однако отказ от проекта, который реанимировал Дональд Трамп в 2017 году, обеспечивает Байдену быстрые политические дивиденды. В свою очередь, возможный запрет на импорт российской нефти рискует создать дефицит тяжёлой нефти и вынудит НПЗ использовать дорогую лёгкую нефть, что обернётся подорожанием бензина, а доступный бензин — это святая святых для автомобильной Америки. И на такой шаг администрация Байдена вряд ли пойдёт.

    Календарь
Disqus Comments