США и Китай на всех парах летят к столкновению: вспыхнет ли Третья мировая?

Сто лет длился мир после Венского конгресса 1814—1815 года после наполеоновских войн. Человечество никогда так долго не жило в мирных условиях. После двух мировых войн ядерное оружие стало своеобразным гарантом мира: все понимают, что исход атомной войны один — конец мировой цивилизации. И всё же не стоит сбрасывать со счетов возможность Третьей мировой из-за усиливающейся гонки соперничества дряхлеющего гегемона США и нарождающегося нового гиганта Китая.

Один из самых авторитетных аналитиков американской внешней политики, бывший декан Гарвардской школы управления имени Кеннеди Джозеф Най в этом соперничестве сегодня видит главную угрозу миру. И для беспокойства знаменитого профессора есть основания: когда министр иностранных дел Китая Ван И недавно призвал к перезагрузке двусторонних отношений с США, официальный представитель Белого дома ответил: Америка рассматривают эти отношения как жёсткую конкуренцию, и для этого требуется позиция силы. Ясно, что Джо Байден не намерен менять политику Дональда Трампа. Китай был и остаётся главным врагом дяди Сэма.

В знаменитом сочинении о причинах Пелопоннесской войны его автор знаменитый греческий политик Фукидид приписывает страх Спарты перед восходящими Афинами. На это знаменитое сочинение часто ссылается Джозеф Най, полагая, что аналогия тут вполне уместна: отношения США и Китая вступают в период конфликта, в котором устоявшийся гегемон противостоит всё более могущественному противнику.

Вроде бы нет особых причин, чтобы эта вражда полыхнула ядерным смерчем: взаимные и весьма тесные экономические и иные отношения США и Китая сдерживают две державы от скатывания к мировой войне. И всё же гарвардский аналитик считает, что всегда возможен просчёт, и видит в этом опасность «сомнамбулического движения» к катастрофе, как это произошло с Первой мировой войной.

В чём эта опасность? В неверных экспертных оценках аналитиков при власти, от которых и зависит политика США и Китая. Этой теме Джозеф Най посвятил статью, специально написанную для издания «Project Syndicate».

«История изобилует случаями неправильного представления о меняющемся балансе сил. Например, когда Президент Ричард Никсон в 1972 году посетил Китай, он хотел уравновесить то, что он рассматривал как растущую Советскую угрозу для приходящей в упадок Америки. Но то, что Никсон интерпретировал как спад, на самом деле было возвращением к нормальному состоянию искусственно завышенной доли Америки в мировом производстве после Второй мировой войны.

Никсон провозгласил многополярность, но два десятилетия спустя за этим последовал конец Советского Союза и однополярный момент Америки. Сегодня, некоторые китайские аналитики недооценивают устойчивость Америки и прогнозируют доминирование Китая, но это тоже может оказаться опасным просчётом.

Не менее опасно то, что американцы либо переоценивают, либо недооценивают мощь Китая, и в США есть группы, у которых есть экономические и политические стимулы делать и то, и другое. Если измерять в долларах, экономика Китая составляет примерно две трети экономики США, но многие экономисты ожидают, что где-то в 2030-е годы Китай обойдёт США, в зависимости от прогнозов темпов роста Китая и Америки.

Признают ли американские лидеры это изменение таким образом, который позволит установить конструктивные отношения, или они поддадутся страху? Пойдут ли китайские лидеры на больший риск, или китайцы и американцы научатся сотрудничать в производстве глобальных общественных благ в условиях меняющегося распределения силы?

Даже если Китай превзойдёт США и станет крупнейшей экономикой мира, национальный доход не является единственным показателем геополитической мощи. Китай сильно отстаёт от США по „мягкой силе‟, а военные расходы США почти в четыре раза превышают расходы Китая. Несмотря на то, что в последние годы военный потенциал Китая увеличился, аналитики, внимательно изучающие военный баланс, приходят к выводу, что Китай, скажем, не сможет исключить США из Западной части Тихого океана.

С другой стороны, США когда-то были крупнейшей торговой экономикой мира и крупнейшим двусторонним кредитором. Сегодня почти 100 стран считают Китай своим крупнейшим торговым партнёром, по сравнению с 57 странами, считающими таковым США. В течение следующего десятилетия, Китай планирует предоставить более 1 триллиона долларов на инфраструктурные проекты в рамках инициативы „Один пояс, один путь‟, тогда как США помощь сократили. Китай достигнет экономической мощи за счёт огромного размера своего рынка, а также своих зарубежных инвестиций и помощи в целях развития. Общая мощь Китая относительно США, вероятно, возрастёт.

Тем не менее, балансы сил сложно оценить. США сохранят некоторые долгосрочные преимущества в силе, которые контрастируют с уязвимыми местами Китая.

Одним из них является география. США окружены океанами и соседями, которые, вероятнее всего, останутся дружественными. Китай граничит с 14 странами, а территориальные споры с Индией, Японией и Вьетнамом ограничивают его жёсткую и мягкую силу.

Энергетика — это ещё одна область, в которой Америка имеет преимущество. Десять лет назад, США зависели от импорта энергии, но сланцевая революция трансформировала Северную Америку из импортёра энергии в экспортёра. В то же время, Китай стал более зависимым от импорта энергоносителей с Ближнего Востока, которые он должен транспортировать морскими путями, что подчёркивает его сложные отношения с Индией.

США также обладают демографическим преимуществом. Это единственная крупная развитая страна, которая, согласно прогнозам, сохранит свой глобальный рейтинг (третье место) по численности населения. Хотя темпы роста населения США в последние годы замедлились, они не станут отрицательными, как в России, Европе и Японии. Между тем, Китай справедливо опасается „состариться раньше, чем разбогатеет‟. Индия вскоре станет самой густонаселённой страной, а в 2015 году численность её рабочей силы достигла пика.

Америка также остаётся в авангарде ключевых технологий (био, нано, информация), которые в XXI веке имеют ключевое значение для экономического роста. Китай вкладывает значительные средства в исследования и разработки, и хорошо конкурирует в некоторых областях. Но 15 из 20 ведущих исследовательских университетов мира находятся в США; в Китае нет ни одного.

Те, кто провозглашают Pax Sinica и упадок Америки, не учитывают весь спектр силовых ресурсов. Американское высокомерие всегда представляет опасность, но не менее опасен и преувеличенный страх, который может привести к чрезмерной реакции. Не меньшую опасность представляет рост китайского национализма, который в сочетании с верой в упадок Америки заставляет Китай идти на огромный риск. Обе стороны должны остерегаться просчётов. В конце концов, как правило, самый большой риск, с которым мы сталкиваемся — это наша способность ошибаться».

Перейти на основную версию сайта

Комментарии

Disqus Comments